«Не дожившим до рассвета»

«А бескрайняя Земля теперь всего лишь звезда,
при любом конце у сказки..»
                            (А.Непомнящий «Ехо»)

   Александр Непомнящий — явление сугубо декадентское. Хотя бы в силу своей явной интеллектуальности, непонятности обывателю. И как бы он не рядился в православного и народника — его творческий мир бесконечно далёк от мира среднестатестического слушателя песни «Убей янки», которому никогда не понять парадоксов авторской трактовки строчки «убей янки и всех кто любит янки» — это, оказывается, о том, чтобы убить в себе американизм и глобализм.
   Вектор Непомнящевской поэзии, его эстетика «Янкиного поля цветов» и «веры прогулок по рельсам трамвайным», где «за стеной — вольные кони» всё это бесконечно изначально оторвано от грубой давящей реальности, а уж ничем не обоснованные пассажи вроде «добровольное иваново детство» — явно декадентские. Удивительно, что православными и патриотами Непомнящий был поднят на знамя. Ну, с последними дуболомами (Александр, заметьте, в приватной беседе сам их так называл!) ещё можно понять, чем он их купил-надул, но как прикажете позиционировать православного поэта, в одной из песен «православного периода» ставящего в один смысловой ряд: «ментовская правда, приходская правда, житейская правда, комсомольская правда», как и странен православный поэт поющий «любите друг-друга изъебнулся господь», «бог всегда на твоей стороне, даже если бога и в помине нет». Здесь так же уместно и патритические вирши припомнить, призывающие между прочим не к смирению (что вообще-то является сутью христианской религии вообще), но к бунту и разжиганию. Это называется сидеть на двух стульях как бы..
   Ключ к пониманию поэтического мира Александра Непомнящего (как и почти любого большого поэта), конечно же, в его раннем творчестве, в этой квинтэссенции, потенциально содержащей в себе альфу и омегу. Ранний Непомнящий безысходен («не открылись никому долгожданные двери за тридевять надежд в обетованной золе»), чернушен («закатывал поминки — чем тебе не праздник?»), по сартровски экзистенциален («просто некого любить — святых в помине нет»). И не надо нам возражать про изменения в сознании, потому что из семени мака всегда вырастает мак, и по определению не может вырасти кабачок. И не бывает никаких изменений, бывает лишь развитие, или деградация, что еще Шопенгауэр отмечал. Хотите цитат? Их есть у меня: «под флагом блядства всех и каждого во имя иллюзий молились танку судьбы перееханные люди» — это не 89-й, не 92-й и даже не 96-й годы. Это 2002!! А заигрывания с фашистами (кстати, по определению фашизм даже у Гитлера это ведь форма декаденства!), православными и прочими — типично символистское самонакручивание, как Блоковские потуги вырваться за пределы своего микрокосмоса — «вочеловечиться» если хотите. Не случайны, наверное, у Непомнящего и все эти вольные цитирования Блока: «правда там, где царские врата», «вернутся в гавань из смерти все корабли». Обилие цитат в творчестве Непомнящего вообще поражает, что позволяет говорить о типично постмодернистском сознании мешающем в один гремучий коктейль Шекспира и Андерсона, Маркеса и Щедрина, Грина и  Маркузе, Евангелие и доктрину фашизма.. Оторванность же от жизни, типичная книжность сознания, порождает и самоцитирование: «вот я пью кофе в зале ожидания в тридцать ноль-ноль на улице без названия и я знаю что я знаю, что из-за угла вот вот услышу стук колес и звяканье звонка» (одна из последних песен отсылающая слушателя к песне начала 90-х «Поезд в город Весны уходит ровно в 30.00»). Это мог написать только большой поэт, живущий не законами человеческой логики, но своими неписанными законами в своем исключительном мире. Стихомания — частное проявление декадентского сознания, противопоставляющего искусство жизни и оттого нередко смешивающего жизнь и искусство. Именно ее и сложно простить в конкретном случае, поэту, считающему себя вправе морализировать и диктовать свое поэтическое мнение реальным живым (часто неокрепшим сознанием, легко ведущимся на подмену реальности и искусства) людям. Апофеоз этого бреда (почти по Кафке) наступает, когда поэт изрекает: «есть божок у них — культура, тонкая натура, жить с ней в общем-то по кайфу, помирать вот нет» — это что, вопль тупоумного солдафона, или стилизация под него, или стилизация под стилизацию?? Изначально болезненное мироощущение в стремлении к саморазрушению (1994 — «я начинаю играть в разрушение») доходит до полнейшей безответственности и хулиганства: «завтра война все расставит по местам — станет все понятно».
   Впрочем, мы признаем Непомнящего явлением гениальным, хотя бы в силу вышесказанного (правда настаиваем на его принадлежности к тёмной, безусловно языческой стихии в противовес тому же вечносолнечному Пушкину что ли). О Непомнящевской гениальности свидетельствует ещё и то, что никого его творчество не оставляет равнодушным, вызывая у одних истерическое восхищение, у других — праведное возмущение (свидетельствующем, кстати, о признании со знаком «-», ибо бездари оставляют равнодушными). И те и другие правы.

   С глубоким уважением к Памяти Александра Евгеньевича Непомнящего,

Константин Шаронин-Шпрингер.

P.S.

«Сны серого кота»

Не дожившим до рассвета
дайте медную монету,
шоколадные конфеты,
и полезные советы.
Заверните белой тряпкой
всех гонявшихся за солнцем
в кабаках и переулках
за сто жизней световых
До далеких звезд,
что снились серому коту на одной из крыш.
Под ногами мост, черна вода,
что ж берег дальний ты молчишь?
Твоё имя – Жизнь…

Вечная метель над нами
трассами и городами
адресами позапрошлыми
бесхозными словами
что гоняет время-ветер
по декабрьской планете
по пролетам стылых лестниц
и летит прочь моя песня
До далеких звезд,
что снились серому коту на одной из крыш.
Под ногами мост, черна вода,
что ж берег дальний ты молчишь?
Твоё имя – Жизнь…

Из квадратных уравнений:
кладбищ, кубиков многоэтажек,
от дорог «на все четыре»,
дальше пятикнижий даже
Берендеевы тропы,
конопляные обрывы,
глас звучал в церковном хоре,
о погибших молчит море
До далеких звезд,
что снились серому коту на одной из крыш.
Под ногами мост, черна вода,
что ж берег дальний ты молчишь?
Твоё имя – Жизнь…

(2003)